Алан Дзагоев.

— Какой потолок селекционер Дзагоев определил бы самому себе 18-летнему?
— Работая в селекции, я понял важную вещь: ты можешь предположить, станет ли футболист топом, исходя из его качеств. Но это по большому счёту прогноз пальцем в небо. Много факторов влияет — травмы, деньги, окружение. У меня тоже судьба могла сложиться по-другому. Был момент, когда из ЦСКА хотел обратно в Тольятти уйти.

— Вы серьёзно?
— Да. Одно время в основе шанса не давали, а в дубле после Второй лиги уже неинтересно было. В «Лужниках» случайно встретил начальника тольяттинской команды, спросил про аренду. Кто знает, как бы всё сложилось, если бы я тогда вернулся в Тольятти? Может, в ЦСКА вообще не заиграл бы. Но Валерий Георгиевич [Газзаев] в итоге дал шанс.

— У самого Газзаева не решались спросить, почему не играете?
— Тогда такое даже представить было невозможно. Уже позже, когда заиграл в основе, такие разговоры были. Однажды произошла заруба с Зико.

— Расскажите.
— Я играю, забиваю, отдаю — всё хорошо. Перед матчем с «Москвой» Зико объявляет: «Завтра играешь за дубль». Для меня это не проблема — молодых частенько спускали за практикой. Я через переводчика уточнил: «После игры — обратно на базу?» Зико отвечает: «Нет». Я не понял, подошёл чуть позже ещё раз: «Что происходит? Я наказан?» Говорит: «Это моё решение». А потом: «А не офигел ли ты в 18 лет такие вопросы задавать?!» Тут и я закипел, ответил жёстко. А за дубль я сыграю, не вопрос.

— Причину-то узнали?
— Нет. Самое интересное, что после «Москвы» в чемпионате наступила пауза — 7-10 дней. Ушли Жирков с Вагнером. Зико подошёл: «Всё нормально, будешь играть». Даже изменил схему, чтобы меня с Карвальо совместить. Мы нормально сыгрались — только самого Зико вскоре убрали. Он к тому времени уже со всеми зарубился, включая руководство.

— Только с ним доходило до конфликта?
— Со Слуцким тоже бывали недопонимания, но мы до сих пор общаемся.

— Со слов Набабкина, самый большой штраф в ЦСКА при нём был как раз у вас. Кого вы там послали?
— Кого-кого… Слуцкого, ха-ха! Викторыч, привет вам. Тогда говорили, что все штрафы идут на академию. Жора с Мамаевым даже шутку придумали: «Дзага, на «Октябре» твоё фото повесили рядом с Евгением Леннорычем [Гинером] — как главного спонсора школы».



— Сын тоже в футбол играет?
— Да, он занимается в «Интеграле». Начинал в Испании, а когда вернулись в Россию, первые полгода сделали уклон на школу — были проблемы с русским языком. Там он ходил в английскую школу — грамматики, по сути, не было. Потом я привёл его в ЦСКА, однако быстро понял, что пока не тянет, хотя в Испании получалось неплохо. К тому же тренировки в ЦСКА начинались в 15:00, а у сына только школа заканчивается в это время. Сейчас он занимается в «Лужниках», рядом с домом.

— Главное — при деле?
— Если бы Хетаг был «пустым» в футбольном плане, я бы его не водил. Однако у него есть скорость, техника. Не лучший, но и не худший в команде. Соперникам послабее забивает, а на фоне сильных — «Чертаново», тот же ЦСКА — видно, пока уступает.

— То есть идеи фикс непременно вырастить футболиста у вас нет?
— Вообще нет. Как-то по дороге на тренировку сын сказал, что больше не хочет ходить, надоело. Я предложил обсудить это после тренировки, раз уже собрался. Вечером говорит: «Передумал». Я ни разу не заставлял его заниматься футболом. Это полностью его выбор. Если перестанет, мне даже проще будет — выходные освободятся (улыбается).

Мы всё думаем, что в Испании что-то необычное делают, раз у них вырастают Хави, Иньесты, Торресы, Пуйоли и Рамосы. Я четыре года их тренировки наблюдал: разминка, обыгрыши один в один — и всё, футбол. Они просто богом поцелованные, как и бразильцы, аргентинцы. Если у нас на набор приходит 100 детей, то там — тысячи. Там в каждой семье пацан в первую очередь футболист, а потом уже теннисист, паделист.

https://www.championat.com/football/art ... uckij.html

Интервью с отцом Даниила Кондакова о первых шагах и переходе в «Зенит»

– Как начался футбольный путь Даниила Кондакова? Вы как футболист двигали его в этот вид спорта?

– Мы просто попробовали в возрасте пяти лет. Многие говорят, что ребенок родился с мячом, спал, уже начал по мячу бить. У нас такого не было. Просто привели на тренировку. Я говорю: «Давай попробуем». Он пришел, побегал, подвигался. Понравилось, наверное. В начале не все получалось, не все понимал.

– Про талантливых футболистов говорят, что они играли с парнями старше. Как было с Даниилом?

– Он не занимался со своим годом. Я на тот момент на год старше команду тренировал, он у меня и прозанимался. Вначале он пришел в команду на два года старше, Шолохов Сергей Александрович был тренером. Я тогда тренировал молодежную команду и поэтому привел его своему товарищу.

Он занимался там месяца два-три. Там вообще были ребята на два года постарше. А потом сформировалась команда 2007 года, и он практически с 6 до 14 лет занимался с ребятами постарше.


– Как он в «Зенит» попал?

– У нас были неплохие отношения с «Зенитом» и целую команду пригласили на товарищеский матч. Поиграли с «Зенитом». После этой игры 5-6 игроков из нашей команды пригласили на просмотр, провести там неделю. После этих сборов остались два игрока 2007 года – вратарь Артем Митяев и полузащитник Никита Халяпин.

Даню тоже пригласили. На тот момент, если честно, мы не хотели никуда уезжать. Он два или три раза ездил, приглашали на турниры, на какие-то свои сборы. Он приезжал несколько раз к ним.

После того, как он съездил в «Зенит», у нас в Волгограде был финал первенства Черноземья. Там были селекционеры ЦСКА и «Краснодара». Там он тоже был на просмотре.

У нас было три варианта, где нас ждали с распростертыми объятиями: «Зенит», ЦСКА, «Краснодар».

– Почему сначала выбрали «Краснодар»?

– Во-первых, мне предложили работу в Краснодаре. И не хотелось его одного отпускать. Тогда парень со мной очень много времени проводил (на тот момент Даниилу Кондакову было 13 лет – «Спорт День за Днем»).

Во-вторых, немаловажной составляющей была учёба. Он хорошо учится, сейчас заканчивает 11-й класс. Возможно, с золотой медалью окончит школу.

– Приходилось мотивировать его учиться? Или он был осознанным ребенком?

– Нет, у него старшая сестра тоже школу закончила с золотой медалью. Медицинский университет у нас в Курске закончила красным дипломом. Он тоже в плане обучения достаточно-таки одаренный парень, легко дается учеба. Для него это не составляет труда.

– Это же все равно от родителей идёт, если оба ребенка хорошо учатся?

– Ну, наверное. Мы никаких сверхусилий не прилагали. Никто за них не делал уроки, не помогал. Всегда приходили, сами учились. База хорошая. Они в одной школе учились. В начальной школе хорошие знания заложили. Вот он и пошёл, дальше.

– Почему решили из «Краснодара» в «Зенит» перейти?

– Мы пробыли в Краснодаре всего полгода. Мои товарищи, тоже из мира футбола, предложили мне переехать в Москву. На тот момент они заходили в одну из московских академий, организовывался проект. Их очень заинтересовало, чтобы мы туда переехали.

Получилось, что мы собрали сумки, сорвались с небольшим скандалом. Так просто не удалось уйти из «Краснодара». Но это уже в прошлом.

Приехали, должны были уехать в эту академию, но у человека, который меня приглашал, что-то не получилось, в последний момент отменилось. А мы уже уехали из Краснодара.

– Мосты были сожжены?

– Да, мы были дома. В принципе, был вариант остаться дома и тренироваться. Еще и время шло. Это было перед Новым годом. Заканчивались каникулы, а у него школа начиналась. Надо было определяться. У нас в семье не то, что приоритет, но учебе отводится достаточно серьезное отношение.

Из-за школы были два варианта: либо оставаться в Курске, либо в «Зенит». Они нас всегда ждали, даже когда мы ехали в «Краснодар». У меня неплохие отношения с тренерами и руководителями «Зенита». Они сказали: «Если вдруг что-то случится, позвоните, мы всегда готовы вас взять».

Ну и все, я набрал, прислали все документы. «Давайте приезжайте завтра. Завтра мы вас ждем». Все так и получилось.

– В Петербург он переезжал с вами?

– Нет, в Петербург уже один. В Петербурге сложно на работу попасть. Там акцент на своих воспитанниках. В академии «Зенита» практически весь тренерский штаб – либо питерские футболисты, либо выходцы из школы «Смена». Вот так у них заведено.

– Тяжело было отпускать Даниила в другой город?

– В Краснодаре он тоже жил с ребятами в интернате. Только на выходные я его иногда забирал, когда разрешали. В принципе, он привык. Я посмотрел на него и понял, что он готов.

С ним поговорили, он ответил: «Все нормально». Для него не было какого-то труда, он самостоятельный парень. Нас единственное, что волновало – это школа. Откровенно говоря, в академии «Краснодара» учеба очень достойная. В плане школы, образования у них все налажено, строго.

В Санкт-Петербурге спорткласс. Это сейчас они построили свою школу. А до этого учились в общеобразовательной школе. Представляете, 30 пацанов в спортклассе. Какая у них там учёба? Особо на них внимания не обращают, потому что спорткласс. Только в этом были опасения. Но он как учился, так и учился.

– Сам ответственно подошел к процессу?

– Да. Ему завуч говорила: «Зачем ты вообще в футбол пошел? Может, ты передумаешь?».

– И в науку?

– Да. «У тебя такие способности. Я не знаю, зачем ты вообще в футбол пошел».

https://www.sportsdaily.ru/articles/int ... -spartaku/

Герой нашумевшего интервью Илья Скоропупов рассказал о переходе в профессиональный спорт, академии «Чертаново» и жизни в Екатеринбурге

В апреле полузащитник отличился забавным интервью. Фразы «Вторая лига Б, где Б — это «Боже мой, какой замечательный футбол» и «Футбол, он и в Африке — футбол» на короткий период захватили медиапространство. А спустя пару недель Илья выдал ещё один мем, охарактеризовав матч с «Ижевском» (2:0) как «просто взрослые мужики дудух-дадах, а мы пытались не дудух-дадах, но получилось дудух-дадах».


— Ты забивал «Краснодару» — кто-то после этого из профессионалов кидал тебе респект? Может, Никита Кривцов?
— Это то, чем я до конца своих дней буду флексить (смеётся). Из «Краснодара» особо ни с кем не общаюсь. Никита Кривцов приезжал в «Чертаново» на просмотр, когда нам было лет по 12, прекрасно его помню. Никиту тогда не взяли в академию. Я закончил с футболом, учился в университете и увидел, что Кривцов появился во владимирском «Торпедо». Удивился, но проследил за ним вплоть до «Краснодара». А так нет, мне никто не писал, не кидал респект.

— Давай к академии «Чертаново», воспитанником которой ты являешься. Ты не заиграл в большом футболе после выпуска и ушёл в медиафутбол. Твоему выбору удивились?
— Я просто сказал: «Ладно, всем спасибо», отучился и ушёл. Но хочу отметить, что «Чертаново» и Николай Юрьевич Ларин – это что-то феноменальное в нашем футболе. Помню ковидный год, когда мы стали чемпионами ЮФЛ, и команда, состоящая только из воспитанников, почти вышла в РПЛ – это было что-то сумасшедшее. «Чертаново» – это семья, феномен.

— Ты играл с Сергеем Пиняевым в одной команде.
— Да, он был единственным молодым пацаном в ЮФЛ. С ним есть забавная история. Мы играем с «Мастер-Сатурном» и Серёжа впервые вышел на поле, ему дали минут 20, а на улице холодно было, не очень приятно. Сережа выходит, сразу включается, сделал за первые минуты рывков пять и набегался до ужаса! После этого встал в середине поля, глаза в разные стороны, пространство потеряно! Еле дышит, на скамейку смотрит, а потом вообще сел на поле – думал, что, может быть, ему кто-то выйдет, поможет. На него смотрит наш главный тренер Денис Первушин и кричит: «Серёжа, давай вставай!». Он резко перемещается в вертикальное положение и начинает опять бегать. Это были настолько потерянные глаза – просто ужас, но очень смешно.

— Когда узнали, что Пиняев ездил на стажировку в «Манчестер Юнайтед», какая была реакция?
— В «Чертаново» было много таких ребят, о которых говорили, держали на виду. Серёжа был звездой всей академии, а я всегда поражался, как он в столь юном возрасте справлялся с давлением и вниманием со всех сторон. Был абсолютно простым пацанчиком.

В ЮФЛ на космическом уровне играл и Артём Соколов – сейчас он в «Чайке» – они с Арсеном Захаряном одного года. Тогда он был сильнее Захи, разрывал молодёжку. Затем травмы, что-то не сложилось, а у Арсена пошли дела в гору. Но при этом Сокол безумно сильный футболист, «наколотил» 11+3 в Первой лиге.

— У Захаряна-то не совсем в гору дела идут.
— До какого-то периода шли, сейчас тяжело. Ему всего 23 года (исполнится 26 мая – прим. ред.), очень рано всё пошло, но есть много времени. Он в 23 года не заиграл в «Реале Сосьедад», а я в этом возрасте провёл первую игру на профессиональном уровне. Костя Тюкавин тоже со мной играл в одном возрасте, он всегда выделялся, был капитаном «Динамо». По нему давно было видно, что он станет большим футболистом.

https://www.sovsport.ru/football/articl ... y-iz-urala


— Многие отмечают проблему перехода из юношеского футбола во взрослый. Как это все происходило в твоем случае?

— До 15 лет все складывалось хорошо — я даже был капитаном сборной Москвы. Потом начались травмы: колено, голеностопы, спина... В 16-17 лет понял, что скоро закончу.

Я почти не играл, но старался быть полезным: закрывал позиции на тренировках, поддерживал команду. В итоге мы выиграли ЮФЛ — у меня аж 12 минут на поле, ха-ха!

После этого ушел учиться, поступил в РАНХиГС и успешно его окончил. В перспективе хочу заниматься наукой.

https://www.sport-express.ru/football/r ... e-2421456/

Владимир Джубанов.

Этой осенью — 30 лет чемпионству «Спартака» 1996-го, знаменитого «пионеротряда» Георгия Ярцева. Накануне того сезона команду покинуло много лидеров, поэтому больше доверия получили молодые воспитанники. Один из них — Владимир Джубанов, который отличился в важном октябрьском матче против «Торпедо». Форвард закинул четвертый мяч в концовке и довершил камбэк — 4:3. Без Джубанова «Спартак» чемпионом бы не стал.

По окончании карьеры Владимир работал в спартаковской академии.


— Вы в «Спартаке» с самого детства. Как попали?

— Когда был совсем маленьким, родители видели, как ловко я пинаю мяч дома и во дворе. В то же время им попалось на глаза объявление в газете «Советский спорт» о наборе мальчиков в «Спартак».

— Что было дальше?

— Родители привезли меня в академию, я поиграл с ребятами, и сразу после отбора тренер вывел меня в холл со словами: «Чей это мальчик?» Родители сначала перепугались и не поняли, в чем вообще суть. Они сказали, что мы — из Домодедово. Тренер ответил: «Понимаю, вам далеко ездить. Но мальчик интересный. Если будете возить его — возьмем».

— Дорога была реально тяжелой?

— Автобус, электричка, метро и трамвай номер 4 — весь путь занимал где-то час и 40 минут. Автобусы и трамваи ходили с перебоями. Я больше 11 лет гонял на тренировки своим ходом из Домодедово. Иногда учителя отпускали меня с последних уроков: я тренировался, приезжал домой, делал уроки. Непростой график. Когда пошли двухразовые тренировки, я выезжал на первом автобусе, который выходил в 5:30 утра. Люди поражались, когда видели маленького меня одного в автобусе.

— Как вы это выдерживали?

— Уставал. Несколько раз говорил родителям: «Больше не буду ездить на тренировки». Они отвечали: «Хорошо, это твое решение». На следующий день просыпался отдохнувшим, собирался — и слышал от родителей: «А ты куда собрался? Вчера же закончил с футболом!» Отвечал: «На тренировку!» Желание бросить все было минутной слабостью, ведь футбол я обожал.

В итоге провел 10 лет в спортшколе, потом попал в дубль, а оттуда — в основную команду «Спартака». Горжусь тем, что не обучался в других академиях. Всему, что я сейчас умею, меня научил «Спартак».

— Кто в академии был самым близким для вас?

— У нас была группировка: Егор Титов, Дмитрий Гунько, Серега Федоренков, Валера Лихобабенко. Потом к нашей банде присоединился Леха Мелешин. Наши родители тоже сдружились, получился дружный коллектив. После игр они собирались, обсуждали успехи — была семейная атмосфера. И мы с Егором очень часто оставались друг у друга в гостях. Если тренировка заканчивалась поздно, я мог поехать к нему или Диме Гунько. Димка жил на Щелчке, на Амурской улице, а Егор — на «Войковской». Все ближе, чем мне добираться до дома.

https://sport24.ru/football/article-848 ... zhubanovym

Позитив провального сезона ЦСКА – прогресс воспитанников: откуда их столько?

Как работает академия.


– Как в академии появился Матвей Кисляк?

– У него возникли какие-то вопросы с «Чертаново», в чем-то не сошлись, и он попросился на просмотр к нам. Мы ответили: «Не вопрос». Пришел: невысокого роста, хиленький, но с хорошим мышлением.

Ребята, отстающие от остальных по физике, нередко теряются, а он совсем не выпадал – за счет характера. Мы понимали, что нужно просто подождать, пока Матвей физически сформируется.

За все время, что он был у нас в школе, ни одной проблемы не возникло. Золотой мальчишка.

Матвей два раза меня удивил.

– Когда?

– Когда впервые поехал на сборы с первой командой, сказал ему: «Кислый, если не зацепишься за основу – очень сильно меня удивишь». Он не зацепился, его вернули в молодежную команду. Но тем прогрессом, который пошел у него дальше, он удивил меня еще раз – теперь уже позитивно.

Матвей превзошел мои ожидания. Главное, что его светлая голова осталась на месте и не улетела в космос.


– Глебова вы пригласили из Челябинска в 2019-м.

– У него уже тогда была фантастическая взрывная скорость. Надо было только найти уникальным качествам применение на поле: хватает примеров, когда не находили.

Я опасался, что в РПЛ его слишком часто будут бить. За счет резкости он уходит от любого соперника, но при переходе во взрослый футбол надо было заново нащупать баланс, на каком расстоянии обыгрывать, чтобы не получать по ногам. В этом сезоне он этот баланс нашел и заметно прибавил.

Сейчас ребята 2005 года (Кисляк, Глебов, Бандикян, до ухода в «Балтику» – Рядно) воспользовались шансом и зашли в первую команду, а таким же хорошим мальчишкам 2006 года, которые успешно выступали в ЮФЛ, можно сказать, не повезло – ниша уже занята. Приходится уходить в аренду.


– Кирилл Данилов прибыл в ЦСКА из Сочи в 2016-м – почти весь его период в академии прошел при вашем директорстве. Какая история с ним связана?

– Когда он приехал, ему дали кличку Рататуй. По-человечески он классный парень, мягкий, спокойный, отзывчивый, аккуратный, а на футбольном поле это порой может мешать.

Ближе к выпуску из академии он не всегда был игроком стартового состава (резко вырос, появилась разбалансированность), и я говорил: «Кирилл, пока у тебя будет кличка Рататуй, тебе будет сложно. Когда избавишься от нее, станешь настоящим профессиональным футболистом».

Как только мышцы окрепли и он избавился от клички, у него произошел очень серьезный прогресс. При высоком росте у него очень хорошая скорость, фантастическая передача с левой (даже угловые подавал – хотя высокие ребята этим обычно не занимаются – и несколько раз забил сухим листом).

Когда его вызвали в первую команду, я знал, что он готов там играть. Вопрос был только – справится ли ментально. Кирилл справился, молодец. Сделал себя сам.



Если Глебова присмотрел Григорий Кватания, то появление в ЦСКА Торопа и Кисляка – заслуга другого скаута, Дениса Машкарина, автора одного из голов ЦСКА в легендарном матче на «Камп Ноу».

Матвей Кисляк? В «Чертаново» он был одним из лучших футболистов своего возраста. Потом в какой-то момент все подросли, а Матвей немного тормозил в физическом развитии. Был капитаном «Чертаново», но стал терять место в составе, и, видимо, на этой почве возникли какие-то конфликты. Матвей и его родители решили поменять команду.

На тот момент его уже знали селекционеры других команд, но динамовцы Матвея, видимо, не разглядели, и я вовремя его перехватил.

Созвонились с папой. Узнал ситуацию (что был на просмотре в «Динамо», но его там не рассмотрели – видимо, в этой позиции были посильнее игроки) и пригласил на просмотр в ЦСКА.

Думаю, звезды сложились так, что Кисляк оказался у нас. Если бы я упустил его и не позвал, он бы пошел в «Спартак» или «Локомотив» (и так же бы раскрылся), но, зная его потенциал, я четко понимал: он требует внимания.

Отдам должное нашему тренеру Дмитрию Игдисамову: сразу – после пары тренировок – он принял решение, что Кисляка надо оставлять…

В Москву он переехал в 11 лет, но в идеале – чем позже привезти ребенка из другого города, тем лучше. Ребенку надо жить в семье. Все-таки интернат не дает родительского тепла, которое необходимо человеку. Да и по-футбольному – в 15-16 лет перспективы лучше прогнозируются, чем в 11-12.

Но сейчас между клубами настолько высокая конкуренция, что привозят [игроков из других городов] даже в 10-11 лет. Преимущество тут у «Краснодара». Раньше они селили в интернат с 11 лет. Сейчас с десяти. У них серьезные возможности: собирают, условно, три группы по 20 человек одного возраста. Плюс – филиалы. В этом плане они в выигрышной ситуации.

ЦСКА же стратегию не меняет. По-прежнему берем [иногородних] детей не младше 12 лет. Из-за этого в чем-то отстаем от того же «Краснодара», но пытаемся компенсировать это за счет тренерской работы и более точечной селекции».



– Вы говорили: «Главное, чего требуем в академии – чтобы дети сами соображали на поле, а не работали из-под палки». Что имели в виду?

– Во время игры тренер не должен – словно в PlayStation – руководить каждым действием футболистов.

Когда эмоции зашкаливают, тренер хочет как лучше, объясняет, куда бежать, и не всегда это идет в плюс футболисту. Лучше дать им подумать и самим принять решение – на основе тренировок и теоретических занятий, которые были перед матчем.

Да, по ходу игры тренер подсказывает, требует базовые вещи, но остальное футболисты должны делать сами. Еще ведь и не факт, что тренер в своих подсказках всегда прав.

Приведу пример. На одном из матчей стою на бровке с тренером – в это время наш мальчишка получает мяч, разворачивается, и мы в один голос подсказываем ему, куда отдать пас. Он поступает наоборот и забивает. Мы с тренером переглянулись: «Давай-ка немножечко помолчим. Они лучше нас знают, что делать на поле».


– Постоянно говорят, что победы – не главное в детском футболе. Но ведь и детский футбол состоит из матчей и турниров, где все стремятся к победе. Трофеи – важный критерий для оценки тренера?

– Для тренера – нет. Побеждать любой ценой – вообще не наш метод. Главное – следовать нашей методике и развивать игроков. Их прогресс – та победа, к которой должен стремиться тренер.

Но растущий футболист должен понимать: он тренируется всю неделю и выходит на поле, чтобы победить, а не сыграть как получится. И тренер должен игроков соответствующе настраивать. Иначе не сформировать менталитет победителя. Если ты выходишь на поле и не хочешь победить – ты просто не спортсмен.


– В 2019 году Акинфеев говорил: «Тренировочный процесс в школе ЦСКА мне не особо нравится. Года два назад увидел, как там тренируют вратарей. Мальчику нужно учиться ловить, а тренер, наоборот, учил, как выбивать боком – в стиле бразильских и аргентинских вратарей. Я подошел и сказал, что нужно смотреть в будущее, что будет у мальчика через пару лет. А то выбивать он научится, а потом пойдет работать на завод». Часто Игорь дает вам советы?

– Когда видимся, какие-то вещи он говорит. Мнение таких футболистов для нас бесценно, к тому же тренер вратарей главной команды Дима Крамаренко очень плотно контактирует с тренерами вратарей академии.

Сейчас все четыре вратаря ЦСКА – воспитанники клуба: Акинфеев, Тороп, Бесаев и Баровский. Вратари старших возрастов академии вызываются в юношеские сборные России.


– Главные таланты академии, которые так и не состоялись во взрослом футболе?

– Святослав Георгиевский – фантастический мальчишка. Вот ему дано было играть в футбол. Он думал, это будет продолжаться вечно. По потенциалу талант – не меньше Головина. К сожалению, он не понял, что талант должен подпитываться тяжелым трудом.

Саша Макаров – индивидуально очень яркий футболист. У него другая ситуация – помешали травмы. Сейчас тренирует в «Чертаново».


– В академии «Зенита» Аршавин отказался от услуг психолога. Как с этим в ЦСКА?

– У нас достаточно давно работает великолепный психолог Артем Белоцкий. К нему обращаются не только игроки, но и тренеры, и родители. Он очень сильно нам помогает.

Например, смотрим, мальчишка поменялся, и не можем понять почему. Тренеру не открывается, родителям – тоже. А у Артема есть набор инструментов, когда он может спокойно поговорить и понять, что происходит, какой психотип у мальчишки.

Это снимает для нас много вопросов, решает проблемы (особенно их много весной, у ребят переходного возраста, когда наступает время романтики).

У нас на каждого ребенка заведена карта индивидуального развития: как развивается, скелетный возраст, физические тесты и психологический портрет, который пишет Артем.

Я долго искал психолога, который бы действительно нам помогал. До Артема был другой специалист, но дети просто не хотели к нему идти. Может, ему со взрослыми лучше работать или не со спортсменами. А у Артема был опыт именно с детьми-спортсменами.

Я очень доволен нашим сотрудничеством. Когда обращаешься к ребенку: «Давай поговоришь с Артемом» – никто ни разу не отказался. Общение, разумеется, без моего участия – но иногда с ребенком приходят родители. Они часто пытаются реализовать в ребенке свои невостребованные амбиции. С этим тоже боремся.

https://www.вражий сайт/football/blogs/3406828.html